Дмитрий Губерниев: «Мы обычно реагируем постфактум»

Владимир Полупанов, «АиФ»: После очередного доклада канадца Макларена, главы независимой комиссии Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) Отечественный спорт затрясло. Лично вам, Дмитрий, его заявления о системных злоупотреблениях допингом в России показались убедительными?

Дмитрий Губерниев: Мы ожидали мощного удара со стороны Макларена по нашему спорту. Удар, конечно, состоялся, но… С фактологией там слабовато. Адреса, пароли, явки хотелось бы услышать.

Меня огорчило то, что Макларен не назвал фамилии спортсменов, с чьими допинг-пробами, по его мнению, не всё чисто. Секретные списки с фамилиями он передал международным спортивным федерациям, мы же увидели лишь какой-то набор букв и цифр (в документах Макларена каждому спортсмену присвоен код. — Ред.). И люди, считающие себя спортивными журналистами, на основании лишь собственных предположений стали публиковать фамилии спортсменов, которые, возможно, занимались манипуляциями с запрещёнными препаратами. Я даже не говорю про отсутст­вие журналистской этики. Это просто мерзость. Я вижу, как переживают спортсмены, честно делающие свою работу, когда читают подобные публикации.

— Как известно, Международный союз биатлонистов (IBU) получил от Макларена бумагу, где упоминается 31 россиянин. Нам надо готовиться к худшему сценарию? 

— Мы часто рассчитываем, что всё само собой как-то рассосётся. Когда мы получали первые звонки ещё в 2009 г. (на допинге поймали Юрьеву, Ахатова и Ярошенко. — Ред.), то ничего не сделали. Мы большие мастера реагировать постфактум. В той же истории с паралимпийцами стали прилагать усилия, когда поезд уже ушёл.

Зачем мы вытаскивали на международный уровень спортсменов, которые в прошлом имели допинговый шлейф? Не буду называть имена и фамилии — все прекрасно знают, о ком я. Ситуацию нужно предупреждать. Мы этого не делаем, к сожалению.

Сейчас надо готовиться к непростому варианту развития событий. И пусть меня простят болельщики, которые собирались приехать на российский этап Кубка мира в следующем году, но сегодня главный вопрос в биатлоне — это не потеря такого турнира. Главное — попытаться сохранить команду, не допустить её исключения из соревнований, чтобы люди бегали и стреляли, а не были отстранены, как легкоатлеты и паралимпийцы. Надеюсь, что решение Международного союза биатлонистов будет взвешенным: не по всей сборной скопом, а в индивидуальном порядке.

— Вроде бы глава IBU Андерс Бессеберг ещё недавно симпатизировал России. Или нам просто хотелось верить в это? 

— Я не думаю, что сущест­вует заговор против России в биатлоне. Слишком многое Бессеберга связывает с нашей страной. Но он попал в щекотливую ситуацию, находится под давлением того же ВАДА, и тут мало рассчитывать на добрую волю главы союза. Ещё есть несколько дней, хотя я считаю, что уже поздновато….