ДМИТРИЙ ГУБЕРНИЕВ: «ДНО МЫ СЕЙЧАС НАШЛИ. СТУЧАТЬ СНИЗУ ПОКА ПРОСТО НЕКОМУ»

– Невыразительное выступление нашей команды на домашнем этапе стало для вас сюрпризом? Все ждали, что россияне после провала в Холменколлене хоть немного скрасят впечатление от сезона.

– Вы же помните наши споры на чемпионате мира. Там я только от женской команды ждал две медали. Некоторые крутили пальцем у виска. А я надеялся на поступательное движение нашей сборной. Верил в лучшее и в Ханты-Мансийске. Однако за четыре гонки мы себя никак не показали. Кроме разве что Акимовой. Она не случайно стала лучшим новичком по версии Международного союза биатлонистов. Таня – очень хорошая девчонка. Вот из кого нужно лепить лидера! При соответствующей тренерской квалификации, конечно…

– Очевидно, что команда надломилась в Холменколлене. Что делать?

– Работать над психологией. Помню, Антон Шипулин, человек, которого я бесконечно люблю и уважаю, после победы в Антхольце стоял с недовольным выражением лица. Оказалось, он расстроился из-за допущенного промаха. Говорю ему: «Антоха, а ты не можешь об этом подумать потом? Когда будете обсуждать гонку с Андреем Крючковым. Зачем переживать из-за этого сейчас? Получили награду, постой на пьедестале, освободи голову». Но Шипулин – самоед. И это ему мешает. То же можно сказать и про Женю Гараничева. Не зря говорят, что делу время, а потехе – час. Но, может быть, нашим ребятам стоит чуть удлинить потеху? Уделить ей два часа. Нужно учиться быть раскрепощенным. Как Йоханнес Бе. Временами он, по-русски говоря, просто раздримдряй. В хорошем стиле этого слова. После победы в эстафете на домашнем чемпионате мира он провел весь вечер в студии, а на следующий день выиграл золото масс-старта, обыграв на финише самого Фуркада.

– О нашем биатлоне говорят все больше, а результаты все хуже. Это как-то связано?

– Считаю, что наш любимый вид спорта является заложником огромного внимания и популярности. Как мне кажется, команда к такому массированному наблюдению за собой не готова. Интернет, как сказал мой старший товарищ Александр Ширвиндт, – выгребная яма капитализма. Для наших ребят, как ни крути, интернет является важным источником информации. В том числе и с точки зрения реакции на свои результаты.

При этом надо понимать, что мы становимся злее. Ужасающие события, связанные с кровью, ненавистью и враждой откладывают отпечаток. Люди начинают переносить все и на спорт. Я никогда в жизни не думал, что спортсмена за неудачное выступление будут не просто ругать, а всерьез смешивать с грязью и даже желать каких-то физических страданий. Как мне кажется, команда не смогла переварить это «черное внимание». Спортсмены не знают, как на это реагировать.

Хотя добрых людей у нас гораздо больше. Я, например, тоже сталкиваюсь с огромным количеством критики. Практически после любого поста думаешь, что лучше улететь на Марс и не возвращаться. А потом прихожу на стадион – и меня начинают окружать люди и говорить теплые слова.

– На ханты-мансийском стадионе таковых были сотни, сам тому свидетель.

– Знаете, о чем говорила большая часть из них? Что смотреть биатлон вживую – прекрасно, но вот моих комментариев во время гонки им дико не хватает. Многие дарили подарки, просили передать приветы ребятам с нашей биатлонной программы. Вот она – настоящая болельщицкая Россия. Люди даже в мороз приходят за несколько часов до гонки и во время нее вне зависимости от результата поддерживают нашу команду. Они, как Данко, достают на биатлоне свое сердце и согревают всех, кто рядом. Вот именно на это нужно обратить внимание нашим ребятам.

РАЗГОВОРЫ О ТОМ, ЧТОБЫ ВЫГНАТЬ ВСЕХ ТРЕНЕРОВ, – В ПОЛЬЗУ БЕДНЫХ

– Вы много общаетесь с нашим тренерским штабом в неформальной обстановке. Есть ли у специалистов понимание происходящего? Выходя к журналистам, они не могут сказать ничего внятного.

– Что касается Рикко Гросса, то общение с ним нужно вести с грамотным переводчиком с немецкого. А его слова на публику, по большому счету, рубленые фразы, которые практически ничего не значат. Я подходил к Рикко в Антерсельве, когда узнал, что Бабикова не поставили в эстафету. Хотел узнать причину. Он сказал, что Антон – слишком молодой.

– Некоторым кажется, что вы начинаете «плавить» немецкого специалиста…

– Да бросьте вы! Ко мне и в Хантах подходили люди, спрашивали, зачем, мол, я обижаю Гросса. Но постойте. Я считаю, что моя критика огульной не является. И от того, что тренерам будут задавать вопросы по поводу того, почему не бежит человек, который этого заслуживает, убежден, лучше будет нашему биатлону, спортсмену и, в конце концов, тренерской карьере самого Гросса. Поэтому хочется пожелать Рикко больше открытости. В разумных пределах, конечно.

– А что с женским штабом?

– Растерянность, конечно, очевидна. Но я хочу восхититься Сергеем Коноваловым, который до последнего держался даже в самые критические моменты. И если некоторые вещи спрашивать у него было не бессмысленно, поскольку он старший тренер, то другие – не очень правильно. Ведь за функциональную подготовку он не отвечает.

– Когда последний раз разговаривали с Сергеем Ефимовым, который как раз отвечает за нее?

– После чемпионата мира у меня, если честно, особого желания не возникало. Было видно, как он подавлен. При этом разговоры вроде того, что теперь всех тренеров нужно выгнать и набрать новых, – это в пользу бедных. Нам сейчас важно проявить мудрость. У нас и так хватает проколов. Важно трезво, безо всяких эмоций решить: кто будет работать с командой дальше.

Ольга ПОДЧУФАРОВА. Фото REUTERS

Ольга ПОДЧУФАРОВА. Фото REUTERS

– Есть мнение, что нужно постараться собрать воедино всех специалистов, вернуть в команду того же Валерия Польховского.

– Конечно, надо! Тем более, что Валерий Николаевич в очередной раз подтвердил свою тренерскую квалификацию в Казахстане. Мне кажется, куда лучше всем вместе объединиться вокруг огромной бочки меда, есть его и получать удовольствие. А не пытаться урвать что-то по отдельности.

– На ваш взгляд, объединить всех возможно? У нас ведь один в конфликте со вторым, третий никогда в жизни не будет работать с четвертым, а пятый обижен на шестого.

– К сожалению, это правда. И нужно понимать, что одним тренерским советом, даже если туда приедет министр спорта Виталий Мутко, эту проблему не решить. Дорога к объединению всегда долгая. Но иначе никак. Каждый должен понимать, что лучше забывать о распрях, нежели жить ими. Иначе мы превратимся в региональную федерацию. А я все-таки считаю, что Россия – великая биатлонная страна.

Дмитрий МАЛЫШКО и Антон ШИПУЛИН. Фото AFP

Дмитрий МАЛЫШКО и Антон ШИПУЛИН. Фото AFP

СЛУЧИВШЕЕСЯ С ПОДЧУФАРОВОЙ – КАТАСТРОФИЧЕСКИЙ ПРОКОЛ

– В каком сейчас состоянии Ольга Подчуфарова?

– Мы общались с ней в Хантах. Но я не вправе выдавать всех секретов. Могу лишь сказать, что мне очень обидно, когда спортсмен, век которого и так недолог, по сути, пролетает мимо второго чемпионата мира подряд. Тем более сейчас, когда все дело не в травме, как в прошлом году, а в банальной перетренированности. И мне досадно, что никто это не заметил. Когда спортсмен не ест и не спит – это ведь, мягко говоря, звоночки. Прокол просто катастрофический.

– Подчуфарова собирается на самоподготовку. Что думаете?

– Об этом мне еще в разгар чемпионата мира сказал Александр Кравцов. Но сейчас нужно понять, с кем будет осуществляться работа. Ведь нужно найти финансирование, специалистов. Я сейчас не буду раскрывать все карты, но, боюсь, одной Подчуфаровой в этом плане дело не ограничится.

– То есть может появиться еще одна мини-группа?

– Не исключено. А, может быть, и не одна. Вот только принесет ли это счастье? Сейчас сказать наверняка невозможно.

– Что думаете о психологе? Такой специалист нужен команде?

– Не знаю. Мне до сих пор не дает покоя история с Алексеем Ягудиным и психологом, чью фамилию я даже называть не хочу. Человек бесстыдным и бессовестным способом выложил конфиденциальные медицинские данные в книжке. Как можно?! Я ведь тоже знаю массу подробностей про самых разных спортсменов. Но не пишу об этом, не рассказываю. Нужно знать грань.

Что же касается психологов, то нужно понимать, что у нас в стране многое было разрушено и создается фактически с нуля. Я не слышал, чтобы у нас были факультеты спортивных психологов и врачей. И история с милдронатом лишний раз подтверждает, насколько мы недалеко ушли. Да и вообще проблема спортивной медицины не выходит за рамки медицинского обеспечения в стране. Тревожных звонков очень много. Так что хорошие психологи команде, может, и нужны. Но где их взять?

– Вы поддерживаете всех, кто сейчас находится в сборной. Но как быть, скажем, с Дарьей Виролайнен и Дмитрием Малышко? Они – приятные в общении люди, но их спортивные результаты идут по нисходящей.

– Я дружу с родителями Виролайнен. С Анфисой Резцовой мы даже экзамены вместе в ГЦОЛИФКе сдавали в 1995 году. Но мне все-таки кажется, что для самой Даши отъезд на Кубок IBU по ходу сезона пошел бы только в плюс. Проходили через такое Леша Слепов, Женя Гараничев. Если ты готов, выступишь раз-другой, займешь призовые места – и вернешься в основную команду. Причем с запасом уверенности. Нужно понимать, что свято место пусто не бывает. И одни и те же люди не должны каждый раз получать индульгенцию. Я сейчас говорю не конкретно о Малышко и Виролайнен, а о спорте в принципе. Нужна более гибкая позиция по отношению к привлечению новых людей. Вот если бы в этом сезоне больше доверяли условным Кайшевой, Сливко и Мироновой – разве было бы хуже? Громких побед наверняка не увидели, но, по крайней мере, девчонки приобрели бы опыт.

Оле Эйнар БЬОРНДАЛЕН и Дмитрий ГУБЕРНИЕВ. Фото instagram.com

Оле Эйнар БЬОРНДАЛЕН и Дмитрий ГУБЕРНИЕВ. Фото instagram.com

– Нужны ли, по-вашему, строгие критерии отбора в команду?

– Думал об этом. И, мне кажется, в женской команде всем, кроме Подчуфаровой – у нее особенная история, – стоит пробежать как на чемпионате России, так и на летних контрольных состязаниях. И там уже делать выводы. Мне дороги все, но в команду должны попадать сильнейшие. При этом тут такой момент. Вот Щербинина и Слепцова здорово выступали в Кубке IBU. Но приехали на Кубок мира – и не показали ничего. Так что тут все не так просто. Но все-таки хотелось бы, чтобы каждый месяц тренерский штаб давал шансы хотя бы одной новой спортсменке. А вдруг получится? Вот кто бы мог подумать, что так зацепится за свое место Акимова?

– Вы – большой оптимист.

– Да, и я продолжаю верить в нашу команду.

– Так вот, скажите, почему, по-вашему, в следующем сезоне сборная выступит лучше, чем в этом?

– Начнем с того, что хуже уже быть не может. Дно мы нашли. Стучать снизу просто некому. Мы и так не выиграли ни одной медали на чемпионате мира, да и сам сезон получился так себе. Поэтому сейчас нужно просто отгородить этот сезон упавшей в Ханты-Мансийске световой мачтой – и начать новое восхождение.