ДМИТРИЙ ГУБЕРНИЕВ: «НЕ ДУМАЮ, ЧТО Я КОГДА-НИБУДЬ БРОШУ СПОРТ»

Интервью с Дмитрием Губерниевым состоялось накануне его отъезда в Белград на конкурс «Евровидение». Дмитрий назначил встречу на работе, на Шаболовке, а сам только что вернулся от врача-фониатора, который строго-настрого запретил ему разговаривать. Дима охрип, а на носу — как раз «Евровидение». Но для «МК-Бульвара» было сделано исключение.

Интервью с Дмитрием Губерниевым состоялось накануне его отъезда в Белград на конкурс «Евровидение». Дмитрий назначил встречу на работе, на Шаболовке, а сам только что вернулся от врача-фониатора, который строго-настрого запретил ему разговаривать. Дима охрип, а на носу — как раз «Евровидение». Но для «МК-Бульвара» было сделано исключение.

— Дмитрий, охрипли оттого, что много работали, или все-таки простуда?

— Все вместе. Так получилось, что на фоне простуды было много всякой работы — мероприятия, концерты, комментарии — отдыхать было некогда. Только что я вернулся из Минска, читал лекцию: один из белорусских каналов купил чемпионат Европы по футболу, и я объяснял некоторые нюансы комментария — тоже не молчал. Но я ведь тот еще болтун. Мне сказали вообще ни с кем не разговаривать. Для вас исключение — это правда.

— Дмитрий, насколько я понимаю, я беседую с лучшим спортивным комментатором этого года…

— Вы имеете в виду «ТЭФИ»? (Смеется.) Я думаю, это вещь условная. Мне не кажется, что обладатель «ТЭФИ» является безусловно лучшим. По крайней мере, думаю, в плане этой награды я свои амбиции вполне удовлетворил. Трижды-четырежды Герой Советского Союза — зачем это нужно? У нас есть немало достойных ребят на канале, и я надеюсь, что они тоже выиграют, все шансы у них для этого есть.

— Когда вы получали награду, сказали, что это была победа канала.

— Конечно. И моя статуэтка стоит в приемной у Василия Александровича Кикнадзе. Главный редактор нашего канала говорил: «Дим, забирай», — но я считаю, что она должна быть у Васи, потому что я — его ученик, и это действительно наша победа. Мы — команда. Я не считаю, что сделал это один. В конце концов у каждого удачного репортажа есть редактор, звукорежиссеры, люди, которые помогают. А главные герои — это спортсмены. В общем, плох репортаж без действующих лиц. Вячеслав Фетисов, например, считает, что первичен спортсмен, а остальные — обслуживающий персонал. Комментатор — тот же самый обслуживающий персонал. Потому что есть люди, которые выигрывают, а мы — дополняем эту победу. Хотя, честно говоря, я знаю, что наша парная четверка по гребле не обидится, если я скажу, что четыре года назад, когда я кричал в репортаже на всю страну «Мы чемпионы!», у всех складывалось ощущение, что мы гребли впятером. (Смеется.) Я не примазываюсь к победе, но в определенном смысле я там участвовал, перекрикивая всех. Сидевший передо мной австралийский комментатор даже снял свою гарнитуру, и я секунд на 30 комментировал греблю для какого-то крупного австралийского канала. Думаю, я был единственный русский, который по-русски комментировал для Австралии.

— То есть работы вообще много?

— Мне нравится насыщенный образ жизни. Я радостно уезжаю из дома на работу и радостный приезжаю с работы домой. Представить, что я уйду в какой-то другой спектр журналистики, невозможно. Не думаю, что когда-нибудь брошу спорт.

— На что остается время кроме работы?

— К сожалению, на спорт, чтобы заниматься регулярно, его практически нет. Железно остается время на баню. Баня — это обязательно, причем русская. Ощущение, когда ты из парилки прыгаешь в воду, а потом выходишь, но в парилку не заходишь — иначе это не закалка, а ерунда, — можно сравнить только с поцелуем любимой женщины.

— Еще остается время, видимо, на участие в разных телешоу. Недавно вот в «Хороших шутках» были замечены…

— Это бывает не так часто, но иногда выкраиваю, конечно.

— Только в хороших программах принимаете участие?

— Ну да, на «Комеди Клаб» я не хожу. Наверное, не самая плохая программа, все люди остроумные и очень вменяемые, но все-таки я считаю, что юмор ниже пояса убог.

— А если бы вам самому пришлось стать участником вашей программы «Сборная России», где каждый
спортсмен, помимо интервью, показывает и какие-то свои неспортивные умения…

— Ну я бы не постеснялся и плохо вбил гвоздь, например. Плохо бы вышел и плохо спел. (Смеется.) Хотя некоторые говорят, что пою я хорошо. В общем, я бы все сделал так плохо, чтобы все поняли, какой я молодец и свое настоящее дело делаю хорошо. На самом деле участником своей программы я бы никогда не стал, потому что я не чемпион. Чтобы участвовать в «Сборной России», ты должен быть членом сборной России, а я никогда им не был, хотя всю жизнь мечтал. (Дмитрий — мастер спорта по гребле. — «МКБ».) Но в принципе, учитывая, что программа выходит уже почти шесть лет, мы гордимся, что у нас побывали практически все звезды супермирового масштаба.

— В одном из интервью вы сказали, что до сих пор испытываете трепет, когда в студии появляется известный
спортсмен.

— Конечно. Вот, например, наша последняя гостья — Инна Суслина, вратарь женской гандбольной команды. Это человек, если говорить хоккейным языком, калибра Владислава Третьяка или Доминика Гашека. Она мало того что ловит мячи, которые летят со скоростью 100 км/ч, она регулярно отбивает их и получает по голове — очень мужественная девушка. Плюс ко всему — двукратная чемпионка мира. Или вот наш прославленный чемпион по прыжкам в воду Дима Саутин, который вообще сделал предложение своей любимой девушке в нашей программе, и она теперь стала его женой. Меня поразил Диньяр Билялетдинов, капитан «Локомотива», — очень вменяемый, очень умный, начитанный футболист, приятно с ним было познакомиться. Я просто очарован этими людьми. И мне всегда радостно, что они нас любят и приходят пообщаться. На их фоне я не спортсмен, а просто «спортсменчик».

— Ну, спортивные комментаторы тоже не лыком шиты.

— Да, и думаю, «Евровидение» для меня — колоссальное испытание. Я же такой посланник когорты спортивных комментаторов, и нужно доказать, что мы можем очень многое. Я считаю, что самые профессиональные люди работают именно в спортивных редакциях. И что касается различных комментариев и прямых включений — иногда думаешь: вот позвонил бы кто-нибудь ночью и сказал: давай-ка чего-нибудь прокомментируй прямо так, с листа, — было бы здорово.

— Нештатные ситуации случались?

— Мой самый любимый кусок прошлогоднего комментария, когда на биатлоне пропала спутниковая связь и пришлось минут 15 комментировать планы зрителей. За гонкой я следил по компьютеру, а когда поставили картинку, поймал себя на мысли: «Эх, еще бы часок в радийном варианте — вот это реально адреналин». Но, конечно, зрителям нужно смотреть соревнования, а не комментатора слушать.

— А что бы хотелось прокомментировать в Сочи-2014?

— Безусловно, открытие Олимпиады, закрытие Олимпиады, а также соревнования по следующим видам спорта: лыжи, лыжное двоеборье, прыжки на лыжах с трамплина, биатлон, сани, бобслей, скелетон. Все, собственно говоря, что я сейчас и комментирую. Надеюсь, так и будет. Считаю, если руководство страны будет настраивать спортсменов на то, чтобы мы победили на этой Олимпиаде в общекомандном зачете, и все будут настраиваться на это — и спортсмены, и тренеры, и руководство, — значит, и уровень комментариев должен быть первым. Будем продолжать работать в этом направлении.

— Дим, в одном из журналов была опубликована история вашего знакомства с нынешней девушкой Еленой, и вы жаловались, что она не совсем верная. Можно услышать ее в правильном изложении?

— Я ехал покупать машину 25 сентября 2007 года. Стою на платформе, жду электричку, смотрю — стоит моя одноклассница Лена Путинцева и читает немецко-русский словарь. Я думаю: «Наверное, какой-то иностранец». Подошел к ней и подумал про себя, чуть ли даже не вслух сказал: «Пока, иностранец». В общем, хам такой был. Ну и вот, иностранец действительно «пока». Мы же, россияне, побеждаем! (Смеется.)

— А с Еленой действительно не виделись после окончания школы?

— Мельком виделись раза два, но мы знали о том, что друг у друга происходит. Я как-то следил за ее творчеством, она, как выяснилось, тоже. И очень приятно, что некоторые «конкурирующие фирмы», когда узнали, с кем она начала общаться, сразу сказали — нет, ну нам-то, конечно, делать там уже нечего. И все сдались. В общем, мы взяли Измаил.

— Победили в росте и весе?

— В отношении победил, наверное. Многие вещи угадывал интуитивно. В командировке в Минске понравилась пара шкатулочек. Я ей позвонил, Лена говорит: «Слушай, не поверишь, но мне сегодня приснились как раз две шкатулки». Ну я и выбрал две сразу. То есть мы на интуитивном уровне чувствуем друг друга. Я никогда не думал, что на меня может произвести такое впечатление ярко выраженная брюнетка. Оказывается, это возможно. Сейчас вспоминается романтическая история, когда мы случайно увиделись с Леной в начале 2002 года. Я приехал с Олимпийских игр и как раз собирался жениться. Хорошо помню: стою на остановке, на вокзале, и мимо Путинцева так прошла, поймала машину, взмахнула картинно шубой и села. Как она потом мне сказала: «Я просто тебя увидела и специально решила шубой взмахнуть». Но учитель приходит тогда, наверное, когда ученик готов.

— То есть должно было пройти время.

— Да. То есть, с одной стороны, жалко, что прошло так много времени — у меня была семья, у нее семья, но сейчас все хорошо.

— Дима, когда мы встречались несколько лет назад, вы сказали, что у вас есть мечта — прокомментировать женскую лыжную эстафету, и чтобы наши победили. Какая сейчас мечта у Дмитрия Губерниева?

— Мне не удалось откомментировать эстафету на играх в Турине, потому что был занят на биатлоне, — не разорваться же. Сейчас мечта: откомментировать максимальное количество эстафет на всех олимпийских играх, и чтобы все они были победными. На самом деле я вот тут подумал, может быть, это, конечно, наглость, но вот я бы еще откомментировал Парад Победы — такая есть мечта. Ну и Билан, конечно, должен выиграть. Я даже расскажу, почему Билан должен победить. Потому что есть такое выражение «пруха». Когда «прет» — ну то есть везет во всем. И у нашей страны, я считаю, сейчас такая хорошая «пруха». «Зенит» выиграл кубок УЕФА, наши стали чемпионами мира по хоккею, ну и Билан должен выиграть «Евровидение». Все должно быть хорошо.

— А из личных «мечт»?

— Обязательно нужно двух дочек. Если раньше я мечтал об одной дочке, то сейчас мне хочется, чтобы это были близнецы и чтобы обе такие прямо Губерниевы. Одна будет Маша, а вторая — пока не знаю кто.

— Дима, а сын на вас очень похож? Когда он родился, вы говорили, что вылитый Губерниев, на 99 процентов.

— Он похож и на меня, и на Ольгу (бывшая жена Дмитрия Ольга Богословская. — «МКБ»). Мишка, кстати, знает все остановки московского метро, а когда ездит на автобусе, может один раз прокатиться и запомнить все, о чем говорил диктор. Ему это очень нравится.

— Так что комментатор из него тоже получится. Вы, кстати, когда-то собирались отдать его в баскетбол или хоккей. Что сейчас?

— Сейчас отдам в хорошую школу, а баскетбол или хоккей подождет. Он учится играть на гитаре, поет хорошо. Поэтому посмотрим. Может, отдам учиться пению. А спортом мы занимаемся сами с ним, в секцию никакую пока не ходим. Но, думаю, еще не поздно, Мишке сейчас почти шесть.

P.S. Как выяснилось через неделю после интервью, мечта Дмитрия Губерниева все же сбылась: Дима Билан выиграл «Евровидение». Комментарии — сразу же после конкурса.

— Дима, хочется услышать какие-то ваши ощущения — как было в Белграде?

— Там было сложно, и, как ни странно, — можно с определенной долей иронии относиться к «Евровидению», но атмосфера на конкурсе была олимпийская. Видимо, еще и из-за того, что присутствовал Женька Плющенко и очень хотелось выиграть. Здорово, что все подхватили наш слоган: выступает не столько Билан, сколько сборная команда России. И эта сборная России на «Евровидении» победила. Поэтому мы теперь готовимся комментировать «Евровидение» в Москве, а может, кстати, и в Петербурге пройдет конкурс. Но главное, что он будет у нас. И, естественно, мы должны еще раз его выиграть!